Верхний пост


Привет, меня зовут Руслан.
Я живу в Уфе, это в республике Башкортостан (Россия).
Работаю в небольшой промышленной компании, но, помимо этого, иногда консультирую ребят из больших, небольших, но резвых, и совсем крупных компаний. В прошлом служил и работал в очень интересных структурах и ведомствах, расскажу и об этом - интересного было много.

Добротные журналы добавляю, читаю, комментирую.
Если не добавил в ответ - не обессудьте, времени на чтение ленты в моей жизни крайне мало. Буду очень признателен, если расскажете (ну, немного) о себе в комментариях - это нас сблизит :)

Подробности загружаются...

Молескин | Папа, "Юпитер-5" и "люлька", пахнущая брезентом

Дороги… Наверное, за свою небольшую пока жизнь я их видел великое множество. Сначала на карте чертила лихая юность, когда я с рюкзаком и поднятым вверх пальцем прошагал вдоль дорог с префиксами М-* и Р-*, длинными и сложными маршрутами на А-*. Затем меня и не спрашивали. Везли, показывали. Мы отрабатывали своё и ехали домой. Потом почти то же самое, но уже со смыслом. Казалось, что я знаю, куда мы едем и ради чего. Нет, знал, конечно. Иначе бы не ездил. Потом пришло время командировок в костюмах и галстуках. Их – дорог – прошло сотни тысяч километров под колесами, под крыльями и под свесившимися с верхних полок купе поезда ногами. Но из всех этих сотен тысяч мне дороги всего несколько поездок. Я, наверное, должен их рассказать, потому что тот, кто должен был это услышать, уже, увы, не со мной.

… Когда мне было лет шесть или семь, мы с двоюродным братом, приехавшим в гости, играли во что-то потенциально небезопасное на заборе школьного двора, который располагался напротив нашего дома. И вдруг в переулок у школы въехал очень красивый, "клециклирующий" мотоцикл. Красного цвета, блестящий «Иж-Юпитер-5». По нему было видно, что он просто жуть, какой новый. Блестел и сверкал. Я тогда решил соврать брату, и ляпнул:

- Это папа.
- Да ладно! -  Брат не поверил и стал смотреть туда, куда повернул мотоцикл, а я разглядывал его лицо, ожидая того момента, за которым можно было рассмеяться самому. Но лицо все вытягивалось и вытягивалось. А когда удивление внутри глаз брата достигло красного свечения, я тоже оглянулся и увидел, как водитель мотоцикла остановился прямо у нашего двора и снял зеленый с козырьком шлем. Это был папа.

- Обалдеть… - прошептал, наверное, я тогда (хотя, наверное, я прошептал что-то вроде «батас!»).

Я тогда еще не разбирался в советской системе распределения «по потребностям» и «по способностям», я просто знал, что папа за каким-то лядом купил мотоцикл. Настоящий. "Клециклирующий". С таким приятным звуком и двумя трубами для отвода выхлопных газов. Я долго бродил вокруг мотоцикла с открытым ртом. Папа вдруг спросил:

- Ну, что, покататься хочешь?

Спрашивать было незачем. Я хотел. Хотел покататься и брат. Папа усадил нас в коляску мотоцикла, которую почему-то назвал обидным малышачьим словом "люлька", нацепил на наши головы: мою - шлем, брата - каску, и укрыл приятно пахнущим брезентом. Затем папа сел за руль и толкнул ногой рычаг. Мотоцикл завелся и мы поехали по улицам нашего небольшого поселка. Мы вырулили на центральную улицу и помчались в сторону площади у магазина. Я хотел, чтобы нас увидели мальчишки, с которыми мы вечерами играли «в палочку», но сам я увидеть их не мог: текли слезы от встречного ветра, хотя в «люльке» было установлено ветровое стекло, а на глаза налез шлем. Краем, насколько хватало глаз, я видел, что и брат ничего не видит. Его каска висела на его щупленькой голове задом наперед. Потом, когда папа вернул нас во двор, выключил зажигание, и откинул брезентовое одеялко, мы еле смогли разжать пальцы, которыми до этого держались за поручень у ветрового стекла. Детских кресел, само собой не было, как не было и ремней безопасности на сиденье коляски. О том, чтобы слезть и встать на землю сразу, не было и речи. Уже рассеялся приятный запах выхлопного дыма, папа с соседскими мужиками обсуждал каких-то "лошадок" и пару цилиндров, а мы все еще сидели в «люльке».

…Потом, спустя много лет, этот мотоцикл умер. Он долго стоял в гараже у деда, и однажды, он просто исчез. Кажется, дядя сделал из него и еще одного «донора» другой мотоцикл. Не было уже «люльки», он не пах так вкусно и не "клециклировал". А просто тарахтел и был чужим. Я узнал его лишь по фаре: у него была видна трещинка от камня, выпущенного из моей рогатки. Нечаянно, конечно. И он, казалось, мне этой трещинкой подмигивал. Зная, что та, первая поездка, останется со мной навсегда.

Записная книжка | Питеру

Мой Петербург – это конец 2000-х, пятнадцатая линия Васильевского острова, дом-колодец, крыши в окне кухни 2 на 2 метра, и недалеко набережная Лейтенанта Шмидта, храм и огромные паромы на большой Неве.

На углу Среднего у "Дикси" (не знаю, есть ли он сейчас), ко мне день через день подходил интеллигентный бородатый дедушка-мореман в пальто на тельняшку. Не помню его имени, увы.
- Скажите, пожалуйста, молодой человек, могу ли я рассчитывать на то, что вы не оставите меня в  пагубной ситуации, когда хочется поесть... и так далее.
Вежливо и ненавязчиво. Давал, конечно. Хотя у самого на обед иногда был бутерброд с сыром и кофе стакан (не чашечка, стакан). За его рассказы до моей парадной. Он был настолько удивительным человеком, что напоминал книгу, которую читаешь на ходу. Про его дальние походы и Ленинград, какой он был раньше. У входа в парадную он оставался, подняв огромную ладонь на прощание.
- Ладно, Руслан, до встречи! Спасибо!
- Пока.
Я поднимался на свой этаж, вставал у окна и выкуривал сигарету.

Как-то стою там же, курю.
Вдруг слышу:
- Молодой человек, можно к вам обратиться? - женский голос.
Я оглядываюсь - никого в парадной: лестница наверх, сетка с лифтом, винт вниз. Никого. С подозрением смотрю на сигарету, принюхиваюсь, пытаясь уловить запах тетрагидроканнабинола, вызвавшего слуховые галлюцинации.
- Да, нет же, - слышу, - Я здесь! В окошке!
Смотрю, а снаружи из окна на примыкающей стене – белокурая головка. Вещает:
- Вы могли бы здесь больше не курить? Весь дым ко мне на кухню. Я, в целом не возражаю, но все же – неприятно.
- Конечно!
- Спасибо вам огромное!

...Вчера в Петербурге случилась беда. Городу-герою попытались дать поддых. Не получилось. Вместо паники и давки (на что, вероятно, рассчитывало зверьё) – лезущие в вагон на помощь пострадавшим молодые ребята. Вместо диких пробок и плача – общегородская спонтанная акция по бесплатному всему – от еды, до поездок на другой конец  карты города. По добру: открылись двери квартир для мерзнущих и на столах кафе появились чашки с бесплатными кофе и едой. Питер – особенный город. Просто он знает, каково это – когда больно всем.


Tags:

Библиотека | Путь наверх

Я дочитал. Книгу Олег freedom Бармина "Я  помню всех, кто мне когда-то не перезвонил".
Когда однажды в Минске мы с ним встретились в каком-то кабаке в отеле, где завершали “Нефорум”, я подшутил с ним, сняв 300 000 рублей (белорусских, само собой), и передав под оферту о сборе средств, я знал: книга будет, должна быть в Уфе. Не читая. Знал, что некоторые главы - это ЖЖ Олега, за которым я молча наблюдал несколько лет, глядя как он становится все больше и больше, как там становится все больше людей, и в шуме голосов-комментариев меня и не было особенно заметно. Затем я видел, как сменяются "вахтеры", стали слышны голоса уже на трибуне, а не в зале.

Полистать, чо написано...Collapse )

Мысли | Они оба были хорошими людьми

Он - рос примерным, не обижал младших, а даже защищал их. Всегда слушался старших и сам гладил свои рубашки. Став старше, сам гладил брюки и школьный костюм с шевроном с книжкой и восходящим солнцем. Готовил к приходу родителей каши и супы. В школе стал отличником и старостой класса. Занимался боксом, каратэ, баскетболом и отлично пробегал кроссы. Потом окончил школу. Поступил в вуз, но уже на второй день учебы в его коридорах к нему подошли двое в штатском и пригласили поговорить. Он был хороший. Но ушел из института в другой “университет”. Затем была служба. И там он был скорее хорошим. Может, потому, что убивал плохих. Спасал беззащитных, устраняя отморозков и головорезов. Хотя командир называл это “уничтожал”. И оттуда он ушел, потому что где-то внутри его оборвалось, когда совсем плохие убили очень много беззащитных, а он не смог это остановить. Месяц не выходил из комнаты. Он был хороший. Он, хороший, не сломавшийся, появился в родном городе спустя полтора года и стал очень хорошим. И встретил ее.


Она тоже была хорошая. Училась на одни пятерки. Уважала маму и обожала отца. Собирала дома котят, училась рисовать, и, кажется, рисовала хорошо. Она жила в лучшем городе мира, где разводили мосты и были белые ночи. Росла, хорошая, помогая всем одноклассникам становиться лучше. Поступила на экономический и мечтала… мечтала… мечтала... Мечтала стать хорошим специалистом, любимой женой и черт еще кем. И встретила, конечно, его.


С этого момента они стали лучшими друг для друга. Была свадьба и теперь он готовил каши и завтраки для нее, а она делала его жизнь ярче. Она кормила его вкусными пирогами, а он говорил ей какие-то хорошие слова. Они оба были хорошими ребятами. Но с каких-то пор стали понемногу видеть в друг друге плохое. Она заметила, что ночами он просыпается от своих криков. Он стал замечать, что она не так приветило улыбается, встречая его дома. Она стала находить его носки у дивана. Он стал жаловаться на то, что пирожок - подгоревший. Однажды она поняла, что он напился. А он утром понял, что она ушла от него к маме. Оказалось, не к маме… Оказалось.


Однажды двое хороших людей стали самыми плохими друг для друга.

Но это были все те же хорошие ребята.

Только это было уже не важно.

Tags:

Мысли | 10 способов поссориться с пиарщиком

Или Дню PR посвящается.
+18

Текст не предназначен для лиц младше 18 лет.
Осторожно, присутствует обсценная лексика, а также иная непечатная брань и срамословие!

Написать этот пост меня подвигло сразу два давних (очень давних) обсуждения на разных площадках, в котором приняли участие сразу с десяток хорошо знакомых мне журналистов и “пиарщиков”. Да и недавний разговор "в сети" толкнул на мысль о том, что пора объясниться. Сразу оговорюсь, что пишу только свое мнение, основанное на 10-летней работе в пресс-службах разного уровня, сотрудничества с пресс-бюро администраций городов, военных ведомcтв,  консультирования многочисленных Департаментов общественных связей структур “Газпрома” и других крупных федеральных околонефтяных и нефтехимических компаний в разных уголках России. Тем не менее, тема мелкая. Простая. Приземленная. Но на ней зиждется все: деньги. Меня всегда удивляло безудержное, порой необъяснимое, желание редакторов и журналистов срубить “по-легкому” бабла с “деньжастой” конторы. Вроде бы и канал (газета) солидная, но... Справедливости ради скажу, что иногда это желание обоснованно, мало того, иногда я его поддерживаю, понимая [сам работал в СМИ некоторое время], что не каждый материал от компании или ведомства, министерства, может быть интересен широкой аудитории, и несет в себе лишь определенный заряд, message, который должен быть донесен, порой, лишь до одного человека. Но я иногда оказываюсь под влиянием ряда факторов, которые вызывают у меня нечто большее, чем просто отторжение СМИ, редактор/журналист которого пытается снять с меня (читай: “с компании”) денег, улыбаясь мне в лицо, и не собираясь отдавать что-то взамен. Не сам факт попытки это сделать, как я уже сказал, а то, какими причинами эта попытка порой объясняется. Ведь существуют и кроме денег какие-то ценности (хороший слог, умение писать текст, например)? Но поражает то, что многие намеренно стараются сделать так, чтобы ты их забыл. Думаю, некоторым будет полезно это чтиво. Я попытаюсь здесь сформулировать, без претензий на истину, само собой, то, к чему вам стоит стремиться, если вы поставили себе четкую цель: утерять прочные деловые связи с пресс-секретарем, основанные, прежде всего, на взаимном уважении труда [друг друга]. Можете отнестись как к сатире, если хотите.


Читать многобукаф...Collapse )
Tags:

Мысли | О писанине

Об одном типе пользователей напомнило :)

«– Нет, ребята, вы меня неправильно поняли.
– Нет, мы тебя правильно поняли…
– Да нет же, не поняли. Не могу же я, как вы: встать с постели, сказать во всеуслышание: «Ну, ребята, я срать пошел!» или «Ну, ребята, я ссать пошел!» Не могу же я так…
– Да почему же ты не можешь! Мы – можем, а ты – не можешь! Выходит, ты лучше нас! Мы грязные животные, а ты как лиле́я!..
– Да нет же… Как бы это вам объяснить…
– Нам нечего объяснять… нам все ясно.
– Да вы послушайте… поймите же… в этом мире есть вещи…
– Мы не хуже тебя знаем, какие есть вещи, а каких вещей нет…»

Венедикт Ерофеев, "Москва-Петушки", гл. "Чухлинка - Кусково".

Tags:

Истории | Я - бабайка

По салону, заполненному примерно на половину, бегает малыш лет пяти. Неугомонный и улыбчивый. Шумный, но не настолько, чтобы беспокоить окружающих. Спустя время, его отловила обессилевшая мама и посадила в кресло, стоящее впереди меня со строгим: "Сиди тихо тут!" (кресла впереди были свободны).
Малыш минуту сидел тут. Тихо тоже сидел. Потом вижу: из-за спинки кресла появляется его лохматая шевелюра. Глаза - с легким налетом сонной борзости и хитрецы.
Вдруг в них вспыхивает испуг и пацанская голова исчезает. Становится вовсе тихо. Так тихо, что даже мама мальчугана встает со своего места и подходит проверить, все ли в порядке.

- Что случилось, дорогой? - спрашивает она мелкого.
Из-за кресла слышу тихое-тихое:
- Маааааам! Там - бабайка!

Истории | Призраки в деревне!

Сегодня на трассе подобрал друга детства.
Сначала проехал мимо: как правило, я не подвожу молодых здоровых мужчин (он и не голосовал, собственно), но смуглая кожа, дерзкий прищур его глаз и сигарета в зубах четко отобрали черты из собрания сотен тысяч лиц моей жизни и в памяти моментально раскрылась страница с воспоминаниями о деревне, куда мы, городские зимами ребята, съезжались летом из Уфы, Стерлитамака, Салавата, Ишимбая, Нефтеюганска, Нижневартовска и Тюмени. Я развернулся и вернулся за ним.

Я был очень рад его видеть. Чувствовал, что взаимно. Но рассказать я сегодня хочу о смешном случае, о котором мы вспомнили, разговаривая о нашей деревушке, летних вечерах, гитарах и первых: пьянке, драке и любви...

...У меня есть брат. Зовут его Рустам. Мы похожи. Только он добрый. И бесхитростный. Нам было лет 15, наверное. И вот в один из летних дней мы заскучали. "Надо придумать что-то смешное", - сказали мы сами себе. Налили чай, намазали на хлеб масло, присыпали сахаром и стали пить, кушать и думать. Решили податься в мистику. Дело в том, что сельская и гостевая молодежь (на третий день пребывания в деревне ничем, кстати, уже не отличавшаяся от местных) вечерами собиралась у большого лобного места с костром. Важно: неподалеку от кладбища. Ну, как неподалеку? Сейчас мне тяжело сказать точно, но, думаю, от костра до кладбищинского забора было не более 500 метров. У костра всю ночь болтали, пели под гитару, пили под закуску и целовались под одобрительный гул толпы.


Фото из просторов Интернета

Леденящая душу историяCollapse )

Фотография | Это что за корова на фото?!

Оригинал взят у inamora в Это что за корова на фото?!
На открытии НеФорума было весело! Все фотографировались, тут ж выкладывали фото на фейсбук, и отмечали друг друга.

Вот, например, Руслан onrussian сфотографировал меня с трибун, пока я давала интервью. Очень смешная фотка получилась!



Скинула фото маме по воцапу, а она мне в ответ: «Это что за корова на фото?!»Read more...Collapse )

***

P.S. Последнее время я стала больше времени проводить в инстаграме, так что добавляйтесь, если вам понравится моя галерея. Буду рада новым подписчикам.







Instagram

Twitter
Tags: